Интервью для газеты Дворца творчества «У Вознесенского моста»
— Этель Александровна, мы знаем, что наш Дворец чуть ли не самый старый в Петербурге, ему уже 87 лет, его можно даже назвать почти ровесником системы дополнительного образования детей, которая в этом году отмечает свое столетие. Вы в этом Дворце – с самого своего детства. Из книги о нашем Дворце мы узнали, что в 1949 году вы начали здесь заниматься хореографией. Как проходили тогда занятия?
— Сначала они проходили в школе, я училась в 233-й женской школе, в ее здании сейчас расположен Комитет по образованию Санкт-Петербурга, и в самом главном зале, где теперь проходят важные заседания, мы и занимались хореографией под аккомпанемент рояля. Конечно, у нас тогда и в помине не было таких костюмов, как у нынешних девочек, – просто белые маечки, марлевые юбки. А вот пуанты были настоящие. Танцевали классику, «Вальс цветов», например. Нашим педагогом была удивительная Мария Николаевна Тюрина-Швиндт, которая и много лет спустя работала в Доме пионеров (так тогда назывался наш Дворец), казалось, не старея – всегда с прямой спиной, с высоко поднятой головой.
— А в то время выдавали какие-то документы о дополнительном образовании?
— Нет, об этом не думали, не очень-то следили за посещаемостью, а вот о том, чтобы как можно больше детей занималось в кружках, заботились по-настоящему, так что за пропуски не отчисляли.
— Есть такая детская игра: найти на одинаковых рисунках 10 отличий. Найдите, пожалуйста, несколько отличий между Дворцом 50-х – 70-х годов и нынешним.
— За это время отличий можно набрать не десятки – сотни, но я назову то, что бросается в глаза. Например, вестибюль был раньше такой мрачный, помпезный с бархатными шторами на окнах. На стенах висели картины. Все не помню, но одна врезалась в память – «Смерть пионерки». В общем, не очень радостное впечатление все это создавало. Еще, конечно, было много пионерской символики. Мебель была массивная, темная, но зато, правда, прочная, в отличие от современной. Дети приходили без сменной обуви – в послевоенные годы и одну пару обуви себе не все могли позволить, что уж говорить о сменке! А что такое бахилы, тогда никто не знал. Так что проблема была с уборкой, конечно. А вот еще одна очень заметная перемена: тот, кто занимался в нашем Дворце в 60-е – 70-е годы, помнит, что он был намного меньше, ведь помещения, где сейчас расположены музыкальные классы, музей Дворца и т.д., были нам переданы только в 90-е годы, хотя изначально они являются частью нашего здания. Ну и, естественно, компьютеры и мобильные телефоны – сегодня они практически везде и у всех, а в середине ХХ века разве что диапроекторы в кабинетах стояли.
— А были какие-то кружки, которые закрылись, потому что перестали ребят интересовать?
— Да, времена меняются, а с ними и предпочтения ребят. Когда-то популярными были кружки мягкой игрушки, выжигания, радиокружок. Постепенно их вытеснили более современные. Но большинство коллективов живут и продолжают развиваться.
— А что вообще нужно, чтобы Дворец был всегда для ребят интересным, чтобы притягивал ребят?
— Прежде всего, сплоченная команда педагогов, любящих детей, которым дана свобода творчества. С такой командой детям интересно будет всегда, значит, будут и успехи, и достижения.
— К 100-летию системы дополнительного образования наверняка выйдет много разных статей, будут выступать ученые, педагоги. А как бы вы коротко сформулировали фразу «Дополнительное образование – это»…
-… это радость, это творчество, это хобби, это дополнительный шанс в жизни, который позволит освоить, возможно, не одну профессию и проявить себя в разных областях. И я от души желаю каждому не упустить этот шанс, воспользоваться им на все сто процентов!
Вопросы директору Дворца творчества у Вознесенского моста» задавала журналист Мария Басина
С 10 по 13 апреля в Санкт-Петербургском городском центре детского технического творчества проходила Городская выставка технического творчества «Бумажная Вселенная».
